Рыжкова (Останина) Таисья Ивановна
17.12.1922 - 13.06.1987

 

Моя мама, Таисья Ивановна Рыжкова (в девичестве Останина), родилась в деревне Выползово Вохомского района (сейчас Костромской области) в семье Ивана Михайловича и Натальи Тимофеевны Останиных. Дедушка Иван рано овдовел в первом браке и остался с годовалым сыном Федором. Посватался за Наташу, которая проживала в деревне Погорелка. Она тоже уже была вдова с маленьким ребенком. Девочка была больна и в возрасте 10-12 лет умерла. В совместном браке у них родилась моя мама Таисья. Так в семье подрастало двое детей, мама и брат Федор.
Дедушка Иван был торговцем. Жили в достатке, хлеб всегда был в семье. У деда были накоплены золотые и серебряные монеты. Когда началась коллективизация и раскулачивание, дед спрятал монеты в землю (спустя многие годы внук, перекапывая огород, нашел только немного серебряных монет). Иван Михайлович рано ушел из жизни.
Мама окончила 7 классов Лапшинской средней школы. Для того времени семилетнее образование считалось очень хорошим. После окончания школы вместе с братом работали в колхозе. Выполняли разные работы по разнарядке бригадира. Где - то в 1938 -1939 годах ее назначали продавцом в магазине деревни Басалаево, которая находилась в 2 - 3 километрах от родной деревни. Мама совсем была молоденькой, семнадцатилетней девчушкой, поэтому брат Федор во всем старался ей помочь в магазине: мешки поднести, ящики переставить, а вечером после работы всегда встречал. Мама с братом жили очень дружно, никогда не ссорились.
В то время, перед войной, продукты в магазины возили на лошадях сами продавцы. Ездили в Кировскую область, в село Шабалино. Поездка занимала несколько дней. А если случалась поломка, то и по неделе ездили. Бывало, что и зимой, и осенью в бездорожье ездили на лошадях в другую область. Жили тогда скромно. Одежда была плохая, и, чтобы ноги не мерзли, обматывали тряпками коленки в дорогу.
Был такой случай. Как - то осенью мама поехала на двух подвозах (это две лошади с телегами) за растительным маслом в Шабалино. А масло в то время продавалось на разлив из больших бочек. Осень. Дождь идет. Грязь на дорогах. У телеги случилась поломка: колесо съехало. Стала ремонтировать, а руки от холода не держат. Колесо из рук выскользнуло и сильно поранило ногу, вырвав клок икры под коленом. С израненной ногой, кое - как отремонтировав телегу, приехала в Шабалино на базу уже с высокой температурой и на ногу не могла приступить. А товар грузить надо. Хорошо, что рядом оказались мужчины. Пожалели ее и погрузили товар на телеги. За работу мама рассчиталась с ними двумя бутылками растительного масла. Как ехала в обратный путь домой больная, плохо помнит, только боялась, чтобы телеги не поломались. Рассказывала и плакала.
Продавцом она работала до самой войны. Брата тогда уже забрали сначала на Финскую, затем на Отечественную войну. Так и не суждено ему было вернуться. Федор погиб в 1942 году под Калинином.
Во время войны для всех был девиз «Все для фронта, все для победы!» Дома оставались старики и дети. Девушек призывали тоже на помощь фронту: окопы рыть, лес рубить, на лесосплав.
Маму в числе первых призвали на окопы под Вологду. Она рассказывала, как немцы сбрасывали с самолетов листовки со следующем содержанием:
«Девочки-красавочки,
Не копайте ямочки,
Пойдут наши таночки -
Закопают ваши ямочки!».
Но окопы не пригодились – линия фронта прошла стороной.
Не успели вернуться домой, как стали направлять молодежь на заготовку леса под Архангельск. Маму и ее сестру двоюродную, тетю Маню Травину, тоже записали. Мама была постарше, а Мане и 17-ти лет не было. Хлеба в дороге экономили, но его все равно не хватило. Когда работать стали, тяжелую работу мама брала на себя, жалея сестру. Жили в деревнях, квартировались у местных жителей. Но не все хозяева были порядочными. Колхоз выделял мясо рабочим, а хозяева наговаривали, что «мясо гнилое дают, не ешьте – отравитесь». И молодежь слушала – не ели, а хозяева это мясо съедали. Однажды пришел председатель колхоза и спросил: «Почему девчонки суп не едят?» Так и разоблачил хозяев. Когда стали есть суп с мясом, стало легче работать.
Для рабочих топили бани, чтобы согреться после работы и высушить одежду, рукавицы. Женщины моются, и мужчины заходят, чтобы рукавицы положить на печку. «Время такое – не до стеснения, лишь бы согреться да обсохнуть», - говорила мама.
Люди трудились на совесть с утра до позднего вечера. Из инструментов были только пилы и топоры. Не помню уже, сколько деревьев за день спиливала мама, но, по ее рассказам, результаты всегда были выше других. Ее называли ударницей.
Домой с окопов и лесозаготовок добирались по-разному: и на поезде, который бомбили немцы, и на попутных машинах, и пешком десятки километров. Не все тогда возвращались домой, некоторые погибали в дороге.
Возвратились мама с сестрой домой холодные, голодные, исхудавшие и больные, все в нарывах. Бабушка, как увидела маму, еле узнала, слезами залилась. Выхаживать стала, лечила, как могла. Долго поправляла свое здоровье мама, и поэтому второй раз ее в лес не отправили. А сестру Маню снова туда. Но она сбежала, не смогла вынести непосильный труд. Да и мамы не было рядом, кто бы мог ей помочь. За этот побег Маню посадили на год в тюрьму. Время сталинское, строго было с дисциплиной. Мама не много рассказывала про трудности той жизни, никогда не жаловалась и никого не винила: «Другим было хуже, чем мне. Время такое!», - говорила она. Выживали: и холод, и голод, и война. Но, как могли, несли свой непосильный девичий труд наравне с мужчинами, тем самым приближали победу над фашизмом.
И она наступила, весна 1945-го. Про День Победы мама не рассказывала, как он наступил. Она все плакала, рассказывая и вспоминая своего единственного брата, который погиб ради этой победы.
Наступило послевоенное время. Нужно было восстанавливать народное хозяйство. И опять вся трудная работа легла на плечи женщин, детей, стариков и искалеченных войной мужчин.
В 1947 году вышла замуж за папу Петра Михайловича Рыжкова. Он вернулся с войны израненный, инвалидом второй степени. Ему подсказали, что на Выползове есть работящая девушка его ровесница. Приехали, посватались, и мама согласилась. Так и поженились без любви, не зная друг друга. Жили дружно, скромно, не ругались.
Так деревня Лубяново стала для мамы родной. В семье родились дети: Тоня, Володя и я.
Колхозники в то время были ломовой силой. Отец на физических работах в колхозе не мог работать. Нога была изранена, вся в осколках, которые удалять было нельзя. Он выучился на бухгалтера и всю жизнь проработал в своем родном колхозе имени Ленина главным бухгалтером.
Мама работала простой колхозницей на разных работах. До девяти часов утра уже выкашивала по гектару. И навоз на поля возила, и лен серпом жала…
Мне было лет пять, но я запомнила, как мама брала меня и брата с собой в поле. Помню, как лен расстилали рядками тонко и сушили. Когда высохнет, собирали в снопы, складывали в бабки (составляли домики). Посадит меня под такую бабку, от ветра спрячет, а сама опять за работу - снопы вязать. Они колючие, все руки в кровь поранит, потому что все делали голыми руками. В конце рабочего дня бригадир ходил по полю и записывал, кто сколько бабок поставил. А работали раньше за трудодни. Деньгами в основном не давали. Рассчитывали колхозников сеном, зерном.
Как самой трудолюбивой, маме в колхозе давали самую тяжелую работу. У нее все получилось быстро и качественно. В колхозе был бригадир Мефодий Трофимович Большаков. Придет утром с разнарядкой и кричит под окном: «Рыжкова! Ты еще дома?» А мама ему в ответ: «Мефодя? А кто уже на работе?». А он ей: «А кто первый-то должен идти, как не ты?» Так вот и работала всю жизнь – всегда первая! И всегда выделялась из колхозниц: высокая, аккуратная в одежде, в белом платочке, все успевала.
Время шло, жизнь налаживалась, но сказались военные годы, холод и непосильный труд. Заболели ноги. Последний год жизни в деревне мама работала на телятнике в деревне Галанино, в километре от Лубянова. Кормила и выхаживала маленьких телят, пасла летом.
В 1965 году мы переехали на жительство в Боговарово. Здесь отец построил свой дом.
15 марта 1966 года мама устроилась работать на пекарню. В то время вместе с ней работали замечательные женщины-пекари: Людмила Неганова, Вера Первушина, Ирина Культяева (заведующая), Анна Рыжкова, Таисья Травина, Анна Травина, Олимпиада Березовская, Апполинария Адеева и другие. Работали в две смены. Женщины все дружные, приветливые.
Запах ароматного хлеба от пекарни разносился по всей округе такой, что голову кружило. А хлеб какой замечательный пекли женщины! Кто приезжал в гости в Боговарово, всегда старались увезти с собой боговаровского хлеба. Уж очень был вкусный, с хрустящей корочкой, а внутри ажурный, с воздушными дырками.
Запомнился на пекарне квас в большой квашне, которая стояла в раздевалке. Тоже был необычно вкусный, с кислинкой, настоянный на хлебных корках. Односельчане, кто желал, приходили с бидонами за ним. Никому не отказывали.
Здоровье у мамы становилось хуже, и последний год перед уходом на группу работала кочегаром на пекарне. 10 ноября 1970 года маму вывели на группу по инвалидности. Оставив работу, ходила уже с тросточкой, стала плохо видеть, а потом и совсем ослепла. Ноги плохо ходили, глаза не видели, а всю работу по хозяйству делала: и суп варила, и пельмени лепила, и картошку чистила идеально. Слепая, она вязала носочки, кружки на пол, даже кроила платье себе и мне. Шила одежду уже я, опять же мама меня научила этому ремеслу. Была очень аккуратная во всем. Всегда чистоту и порядок в доме старалась навести сама.
Очень любила слушать новости по радио и телевизору и интересовалась политикой. Была хорошей собеседницей на любые темы. Любимой передачей по телевизору был хоккей, мама всех хоккеистов знала, кто как играет.
Жаль, что мама прожила очень короткую жизнь. 13 июня 1987 года ее не стало, ей было всего 64 года. Похоронена она на боговаровском кладбище.
Нашу маму все вспоминали и вспоминают только добрым словом: она была порядочной, мудрой, честной, со всеми жила в мире, без ссор. Очень любила нас, детей и внуков. Учила жить честно, со всеми в мире. Она была большой труженицей того времени. Изо всех сил старалась приблизить победу над фашизмом, жила и трудилась с полной отдачей на благо светлого будущего своих детей, внуков и своей Родины.
Очень жаль, что жизненный путь мамы до войны, во время нее и после никуда не занесен. Трудовая книжка была заведена только в 1966 году, когда она уже была больна, а пенсию начислили только за последние годы работы на пекарне. Составляла она 10 рублей (по тому времени минимальная). И спрашивается, где справедливость, если человек оказался не в цене? Обидно за нее до слез, но все спишем на время.
А мы, родные ее, твердо можем сказать, наша мама и бабушка Рыжкова Таисья Ивановна, была настоящим героем своего времени!

Награды:
1.Медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».
2.Юбилейная медаль «50 лет Вооруженных сил СССР».

Фотографии:
1. Рыжковы Петр Михайлович и Таисья Ивановна, 1966 год.
2. На сенокосе в деревне Лубяново, Т. И. Рыжкова с маленькой дочерью Валентиной во втором ряду первая слева, 1964 год.
3.Т. И. Рыжкова (первая справа) с новыми знакомыми, участницами войны, в санатории в Калининграде, примерно 1974 год.

Фото из семейного архива.

Автор: дочь Рыжковой Т. И. Емельянова Валентина Петровна.
Контактная информация: эл. почта редакции kolos-gazeta@mail.ru.
Редакция газеты «Колос» — редактор Селезнева Г. В.
Октябрьский район.